ХРИСТИАНСТВО И ЛИТЕРАТУРА

В.А.ЖУКОВСКИЙ

О ПОЭТЕ В СОВРЕМЕННОМ ЕГО ЗНАЧЕНИИ

( о письме В.А.Жуковского Н.В.Гоголю)

Одно писем Жуковского Гоголю, именуемое «О поэте и современном его значении», по своей тематике посвящено роли писателя в современном обществе. Однако письмо не имеет узко литературоведческой направленности. Оно имеет, главным образом, философски-богословское содержание. Настоящий писательский дар Жуковский рассматривает как дар, полученный от Бога. Но этот же дар и составляет неразрывную духовную связь писателя с Творцом, что и определяет писателя тоже как творца, но творца в своей области. «Что же такое художник? – пишет Жуковский, - Творец; и цель его не иное что, как самое это, как самое это его творение, свободное, вдохновенное, ни с каким посторонним видом не соединенное. В чем состоит акт творения? В осуществлении идеи Творца. Верховный художник в самом себе почерпнул и идею и материал создания; земной художник, творя, так же осуществляет свою идею, но материалы и для самой идеи ее осуществления он заимствует уже из существующего, ему подлежащего творения Божия; творит де он потому, что по натуре ощущает в себе к тому неодолимое, врожденное стремление».

Таким образом, мысль Жуковского об осуществлении идеи Творца в творчестве земного художника указывает на духовную роль искусства и литературы, в частности. Истинное и настоящее искусство духовно, и в его основе находится Дух Божий, даже если в произведении писателя Бог не упоминается. В противном случае – это подделка на искусство.

«Что же, спросят, неужели поэт должен ограничиться одними гимнами Богу и всякое другое поэтическое создание считать за грех против божества против человечества? Ответ простой: не произноси имени Бога, но зная Его, верь Ему, иди к Нему, веди к Нему – тогда, чтобы не встретилось на пути твоем откровенному оку, и чтобы ни было это встреченное – высокое или мелкое, прекрасное или безобразное, многозначащее или легкое, забавное или мрачное – все оно, прошед через душу, преобразует ее характер, не изменив в то же время собственного».

В этой мысли Жуковского выражается сущность поэта и поэзии – и шире творца-художника и его творения. И если отойти от самого Жуковского, не читая его письма, и даже если бы он его не написал и не высказал данную мысль, то здравый ум подсказывает, что в материальном выражении искусства находит выражение дух автора, его внутренний мир, миропонимание и мировоззрение. Какими бы ультрасовременными названиями не определяло себя литературное направление, какой бы жанр и формы не использовал автор - дух автора господствует в них, проявляется через них. Читаем далее у Жуковского: «Но поэт, свободный в выборе предмета, не свободен отделить от него самого себя: что скрыто внутри его души, то будет вложено тайно, безнамеренно и даже противонамеренно и в его создание, что он сам, то и будет и его создание. Если он чист, то и мы не осквернимся, какие бы образы, нечистые или чудовищные, ни представлял он нам, как художник; но и самое святое подействует на нас как отрава, когда оно нам выльется из сосуда души отравленной».

В своем письме Жуковский придает богословский смысл и философской проблеме красоты и ее сущности. Здесь то же понимание, что и в размышлении о связи духа художника с его творением. Дух прекрасного дается художнику от Бога, но не просто дается, а при условии познания художником Бога, наличия духовной связи художника с Творцом: «Что же красота? Ощущение и слышание душою Бога в создании. И в ней, истекшей от Бога, живет стремление творить по образу и подобию Творца своего, то есть влагать самого себя в вое создание. Но Создатель всего извлек это все из самого себя: небытие стало бытием. Человек не может творить из ничего, он только может своими, заимствованными из создания, средствами повторять то, что Бог создал своею всемогущею волею. Сей произвольный акт творения есть возвышенная жизнь души, целью его может быть не иное что, как осуществление того прекрасного которого тайну душа открывает в творении Бога и которое стремиться явно выразить в творении собственном. Сие ощущение и выражение прекрасного, сие пересоздание своими средствами создания Божьего и есть художество».

Мысли относительно духовной содержательности творчества художника и выражения им прекрасного, изложенные в данном письме, можно было бы отнести к факту частной переписки и личного понимания Жуковским сущности и роли искусства. Однако в том-то и сила этих мыслей, что они имеют и основополагающее значение для понимания цели художественного творчества и духовной роли писателя в нем. Поэтому их следует рассматривать не как факт частной переписки, а как концептуальное понимание литературного творчества и культуры в целом. Сила этих мыслей проявляется в их актуальности не только в историческую эпоху, в которой жил и творил Жуковский, но и в наше время. И красота, и способы ее выражения являются выражением духа человека, создающего прекрасное. Равно, как и непонимание красоты, принятие безобразного за прекрасное, культивирование безобразного и слепое преклонение перед ним, также является проявлением духа человека, но духа уже не от Бога, а от врага человека. Концепция Жуковского выходит за рамки литературы и искусства. Она имеет богословско-философское значение и касается уже человека в целом, его души, ее состояния и проявления этого состояния через поступки человека. Идею единства внутренней и внешней красоты человека находим и в чеховском «В человеке всё должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли…». Однако Чехов не увязал «должно» с его источником и первопричиной, что сделал Жуковский.